'
PSNet, developing for LiveStreet CMS
26 июня 2012

Униженные и воцерковлённые

 


Униженные и воцерковлённые


 


Я чего хочу сказать, я хочу сказать одну вещь очень важную сейчас. Тут пошла мода у некоторых, чтобы осуждать «кощунственное» поведение, например Pussy Riot или кого ещё, потому что видите ли свобода — свободой, а не нужно оскорблять чувства несчастных верующих. Ну что за чепуха! Если бы мы хотели оскорбить чьи-то чувства, то нам бы пришлось попотеть: отыскать этих людей, узнать, во что они там веруют, что для них важно, что оскорбительно. Долгая, неблагодарная работа! И кроме прочего нам её сильно портят сами верующие, которые вместо ожидания, покуда мы до них доберёмся, ищут самостоятельно, чем бы себе ранить душу. Вот пара известных случаев.


В 2006-м году на выставке «Запретное искусство» были показаны некоторые спорные работы, которые могли бы, возможно, разбередить душевное спокойствие рьяных ревнителей веры. «Показаны» — громкое слово. При входе на выставку висели предупреждения о характере работ, а сами картины были спрятаны за фальшстенами так, что на них можно было смотреть только через специально сделанную дырочку. Даже фотографировать посетителям запрещалось, чтобы проникшие в интернет фотографии не задели ненароком чувства рабов божьих. Меры духовной безопасности беспрецедентные, но что же? Многие помнят эту поразительную историю, когда при таких-то мерах на выставку проникли инкогнито (!) православные активисты, сфотографировали (!) картины и разослали (!) их по своим форумам, контакт-листам, раздали их прихожанам некоторых храмов. Вот уж правда: если мы разом, дружно, забыв вдруг про наши различия и противоречия, захотим обидеть верующих, то не сможем сделать этого с той эффективностью, энергичностью и поспешностью, с которой они сами торопятся обидеться. [Подробнее про эту историю можно прочитать в замечательной документальной книге Виктории Ломаско и Антона Николаева «Запретное искусство» с зарисовками судебного процесса по делу указанной выставки.]



Другой случай — из разряда, что называется, «ебала жаба гадюку» — произошёл недавно. 15 июня с.г. одна газета (стыдно, но ради полноты фактуры приходится её назвать — это т.н. «Комсомольская правда») сообщает: «Коллаж под названием «Мавроди Победоносец», который появился на сайте 39-летнего эмэмэмщика из Колывани <...> пристально разглядывают новосибирские верующие. Православные полны возмущения».


Полны возмущения, надо же! А возмутило их вот что: Георгию Победоносцу (иконе) прифотошопили голову Сергея Мавроди, делов-то. Почему нам интересен этот курьёз, объясняет сам МММ-щик А. Астафьев — приведём здесь его слова, опубликованные в ответ на статью КП: «Найти Картинку действительно тяжело. Итак ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА — его тут нет. Нужно выбрать из всех пунктов меню — КАТАЛОГ ФАЙЛОВ — но и там его нет! Затем в КАТАЛОГЕ ФАЙЛОВ нажать на надписи "Мавроди победоносец картинка Мавроди победоносец"  НО И ТАМ ЕГО НЕТ!!! И только потом, если нажать на надписи  "Скачать с сервера (6.90Mb)" Вы сможете его увидеть. И количество скачиваний этого изображения говорит само за себя — 40!!!».


Думаю, проблема ясная? Теперь давайте рассмотрим её по сути.



Нас интересует в первую очередь вопрос: почему верующие не то чтобы легко оскорбляются в обычном порядке, а и сами частенько ищут оскорблений на стороне? Ответить на этот вопрос нетрудно, только внимание мы должны обратить не на внутреннее (возможно агрессивное, а возможно и нет) содержание православия, мусульманства или иной конфессии, а на истоки религиозного чувства вообще. [Отмечу теперь, что речь идёт о религиозности (а) человека взрослого, который не ребёнок и может уже поставить под сомнение сказки об аде, рае, сансаре и пр., а также (б) о религиозности человека современного, который знаком с научной картиной мира, но тем не менее склоняется к мистике.]


Религиозность, если смотреть по-нашему, по-марксистски, — это следствие жизни человека в жестоких условиях окружающего капиталистического мира, следствие жизни по законам развития этого мира, которые неизбежно приводят к несправедливости. Компенсация несправедливости мира и приводит к возникновению религиозного чувства. Впрочем, для незнакомых с марксизмом стоит уточнить, что зависимость здесь (между несправедливостью капитализма и религией) не прямая, а опосредованная. 


К примеру, некоторые атеисты склонны объяснять религиозную идею бессмертия души страхом смерти. Действительно: человек смертен и действительно: смерть неизбежна. Однако мы предполагаем, что страх смерти — это лишь внешнее проявление другой жизненной проблемы, а именно: недостатка жизни, проживаемой свободно. Умирать, понятно, всегда грустно, но стократ грустнее умирать тогда, когда земная жизнь (единственная жизнь!) тебе не принадлежит. Разве не печально ежедневно приближаться к смерти в условиях, когда приходится тратить по 10-12 часов в сутки на порой никчёмный, порой вредный и почти всегда — на тщетный труд? На труд, продукт которого (если ещё он есть!) будет продан, кем-то потреблён и навсегда исчезнет, а создателя продукта никто не вспомнит не только через 100 лет, но даже и в самый момент потребления. [Многие уходят от этой проблемы, выращивая детей (разумеется, в свободное от работы время). Но любой понимает, что жизнь его детей — это уже не его жизнь. И жизнь детей — это тоже все понимают — мало чем будет отличаться от жизни родителей, если сохранятся действующие экономические и общественные отношения.] Поэтому не от конечности жизни бежит человек в мечту о Жизни Вечной, но от конечности пустой, принадлежащей капиталу жизни. Притом вера и даже «чувство Бога»  действительно имеют место в человеческой душе, потому что необходимость этих чувств вызвана, что называется, компенсаторными механизмами психики. И это — лишь один из примеров того, как внутри вполне светских обстоятельств вызревают ростки религиозности.


Посмотрим теперь ещё шире на то, как несправедливость мира отражается на нашем мировоззрении. Кроме бессмысленности труда, кроме недостатка свободного времени капитализм становится причиной и других неприятных вещей: отчуждённости людей друг от друга, их взаимного ожесточения, их беспомощности в сложной ситуации. Разделённость людей, их неуверенность в завтрашнем дне, их чувство незащищённости перед лицом жестокого мира — всё это порождает также (заметим: независимо от порождения религиозного чувства) потребность объединиться, хотя бы даже и в искусственные общности, потребность ощутить «чувство локтя». А какую группу выберет себе человек, желающий обрести силу за счёт силы организации? Понятно, что удобней ему выбрать сильную группу, активную, многочисленную, желательно ещё группу-носителя Традиций Прошлого, поскольку неспроста в Прошлом трава была зеленее. Он, если пойдёт по простому пути, скорее выберет группу, которая будет проповедовать приоритет сильного большинства над слабым меньшинством (патриотов над западниками, натуралов над геями, верующих над атеистами, ну и — куда уж без этого — русских над нерусскими). Он выберет группу, проявляющую заботу о своих участниках и об их душевном спокойствии, защищающую их иррациональные «чувства». А чувство общности защищать особенно важно. Потому как они позволяют скрывать от сознания одиночество и беззащитность человека перед слепыми рыночными силами.


Униженные и воцерковлённые


 


И вот тут мы встречаем внезапно потрясающий факт. Оказывается, чтобы оскорбиться в своих «групповых» чувствах, достаточно просто считать себя членом группы, а разделять все до одного внутренние установления такой группы не обязательно. Не обязательно даже их знать. Так что не нужно даже быть верующим, чтобы оскорбиться в своих чувствах верующего: на незыблемости этих «чувств» зиждется сфабрикованная псевдорелигиозная общность, которую человек стремится всеми силами сохранить. Достаточно лишь ощущать свою причастность к группе обиженных — и «оскорблённость» возникнет сама собой. Порою даже фактическая отдалённость от христианства доходит у некоторых защитников веры до такой степени, что они уже и не знают: велит ли канон обижаться или нет по какому-то поводу — и на всякий случай обижаются. 


Получается таким образом, что радикальная религиозность и легчайшая оскорбляемость верующих явления не последовательные, а параллельные. Они исходят не одно из другого, но обаиз одного и того же источника, а именно: из порождаемых капитализмом бесчеловечных форм общественных отношений, из неуверенности, незащищённости и ощущения бессмысленности жизни. И религия, и борьба за религию — а на деле, борьба за право считать себя членом большой религиозной группы — обе они имеют своей целью скрыть, затушевать, спрятать травмирующую суть реальности. И чем агрессивней реальность врывается в уютный мирок людского воображения, тем жёстче реакция: не сметь рушить наш песочный замок! Не топтать бережно выращенный народом опиум!


И вот, исходя из этого понимания: что «верующие» и «оскорблённые» суть два независимых друг от друга множества — исходя из этого понимания, мы должны полностью отказаться от любого сочувствия «оскорблённым» верующим. Как могут люди судить кого-либо за «оскорбление» религиозных чувств, когда оскорбляться рады в первую очередь не набожные прихожане, а только лишь духовные мазохисты – любители быть оскорблёнными? Никак нельзя за это судить, такой суд идёт в разрез с элементарной человеческой правдой. Такой суд – это суд не верующих (с ними-то мы могли бы ещё по-христиански договориться!), но суд обыкновенных дворовых гопников надо всем, что не укладывается в их ущербные представления о том, как надо «жить» и во что надо «верить».


[Будет время и желание, рекомендую провести небольшой эксперимент. Как если кто атеист и наизусть не помнит, то выпишите на бумажку десять заповедей и семь смертных грехов. Пойдите на улицу и найдите человека, который скажет, что он православный. Попросите его перечислить заповеди и грехи. Результатом вы, после прочтения этой статьи, не будете удивлены. Не берусь утверждать наверняка, но кажется я слышал цифру: теоретически, правильно вам ответят только5% православных.]




Дорогой читатель, спасибо тебе за внимание к моему этому тексту. А если кто вдруг хочет подробнее  поинтересоваться вопросами религиозности, то рекомендую к ознакомлению такую литературу:


1. Рене Жирар в своей статье о насилии и религии: www.intelros.ru/pdf/logos_04_2008/09.pdf


2. Владимир Ленин о том, как нам относиться к верующим: ru.wikisource.org/wiki/%D0%A1%D0%BE%D1%86%D0%B8%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%D0%BC_%D0%B8_%D1%80%D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%B3%D0%B8%D1%8F_%28%D0%9B%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%BD%29


3. Карл Маркс да Фридрих Энгельс о соотнесении религиозного, идеологического и полит-экономного: "Немецкая Идеология"


4. Славой Жижек о формировании идеологии и религии из травматического ядра реальности (по следам Фрейда, Маркса и Лакана): "Возвышенный объект идеологии"

?

Комментарии (5)

RSS свернуть / развернуть
avatar
Спасибо за статью
avatar
Спасибо тоже. Странно, но шоумен Джигурда так же относится к корпорации РПЦ и его символу — ХХС.
avatar
Написал ответ на статью: em-ti.blogspot.com/2012/07/otvet-marksistam.html
avatar
ну вот отлично, а почему бы его не повесить сюда на послезавтра-то?)
avatar
о, класс, спасибо за реакцию! мне очень понравился ответ, но он, конечно, написан совсем в другой логике. то есть откуда взялись 4 рабочих часа или отмена работы совсем, неясно. Коммунизм — он не об этом. Отменить несправедливость совершенно тоже нельзя — но и не об этом коммунизм, опять-таки. Коммунизм — о том, как отменить несправедливость, причиняемую людьми друг другу. Не природой людям, а людьми (и создаваемыми ими отношениями).Вот тоже хороший момент — насчёт религиозности как жажды высшей правды. Всё совершенно так, абсолютно верно подмечено. Но критика религии — не о том, что нет высшей правды. Критика — это вопрос: а почему жажды высшей правды, поиск этой правды принимает именно те формы и осуществляется именно в тех практиках, которые мы сейчас видим? И здесь нам надо снова вернуться к вопросам структуризации общественных отношений и «истории систем мысли», опрокинутой на настоящее время.

Оставить комментарий