'
PSNet, developing for LiveStreet CMS
31 октября 2016

Судьба Вольфа Гордина, постклассический анархизм и "аоисты"

Судьба Вольфа Гордина, постклассический анархизм и «аоисты»ВД снова публикует "забытую классику". На этот раз — Вольф Гордин — один из знаменитых "Братьев Гординых" (под этим псевдонимом он выпускал работы и после эмиграции брата). Свой путь он начал вместе с братом. После Первой Русской Революции они перешли на анархистские позиции. В 1908 году под влиянием идей толстовства они основали школу экспериментального обучения "Иврия". Школа в конце 1909 была закрыта властями, а Гордины окончательно перешли на анархические позиции. Уже в 1917 году, после Февральской Революции Вольф редактирует газету "Буревестник", издававшуюся тиражом в разное время от 8 до 15 (по другим данным — до 25) тысяч экземпляров. В 1917 году в редакции Буревестника произошел раскол и дело издания газеты перешло в руки "Союза пяти угнетенных" во главе с Гординым, однако, уже к декабрю 1917 редколлегия была переизбрана и в нее вошел в т.ч. противник Гординых Карелин. В апреле 1918 года была разоружена Черная Гвардия, а Абба Гордин арестован. 1 мая 1918 года была разгромлена редакция газеты "Буревестник". После этого анархисты добились разрешения на возобновления издания, но 21 мая 1918 она была закрыта окончательно.

После разоружения Черной Гвардии и закрытия "Буревестника" Вольф учавствует в деятельности анархистских групп подполья. К августу 1918 года оба брата Гордина сходятся во мнении о том, что стоит искать примирения с советской властью. Они образовали "Московскую Федерацию Анархических Групп" в Москве. В ноябре 1918 года они выпустили воззвание о содействии организации советской власти на местах. После этого они участвовали в работе одновременно нескольких организаций — "Первого Центрального Социотехникума", "Малого Секретариата Северного областного союза анархистов", "Ассоциации пананархистов", "Курской Федерации анархических групп". Далее ими был образована Организация Анархистов-Универсалистов (Интериндивидуалистов). Развитие и разветвление теорий Братьев Гординых можно упрощенно показать с помощью схемы (взята из диссертации Аромалии Аролович "Анархизм-универсализм в контексте русской «Космической парадигмы» начала ХХ века"):

Потом их пути разошлись. Вольф Гордин в это время начал работу над изобретением универсального, "всечеловеческого" языка — языка "АО" и перенес свою энергию и активность в это русло. Им был образован кружок АОистов в Москве и издавались различные книги на эту тему. Язык международного общения АО был создан Вольфом (Владимиром) Гординым в 1920 г. и подвергся значительной реформе в 1924 г. Язык, появившийся в результате этой реформы, существенно отличался от своего предшественника в том, что касалось графического начертания звуков языка АО. Основные же принципы построения языка остались неизменными. Наиболее обстоятельно АО-2 описан в книге В. Гордина «Грамматика логического языка АО». Эту книгу мы прилагаем к статье.

С 4 на 5 июля 1925 года Вольф Гордин был арестован вместе со своими сторонниками. Первым был допрошен Сержанов (про него далее будет вестись разговор). Он назвался преподавателем АО и сторонником идей всеизобретательства. Причиной ареста назван вывешенный плакат в помещении Клуба АО. Дело в том, что Гордин хотел выехать в Мексику для пропаганды языка АО, но ему каждый раз отказывали. Ночью с 4 на 5 июля в окне клуба был вывешен некий "антисоветский" (по мнению следователя) плакат без участия Гордина. Гордин, узнав, что ЧК арестовывает всех приходящих в клуб, решил быть арестованным и начать голодовку по причине неразрешения ему выехать. 23 июля, после прохождения психиатрической экспертизы, Вольфа Гордина отпустили на свободу. Дальнейшая судьба его доподлинно неизвестна. Известно лишь, что он все-таки выехал за границу и что к 1927 году его уже не было в СССР. По сведениям Эврича, который опирается на данные Freie Arbeiter Stimme, он переехал в США и стал протестантским пастырем.

В 1927 году на Первой Всемирной выставке межпланетных аппаратов и механизмов, проходившей в Москве, этот язык был представлен как язык космического общения. Цитируем диссертацию Аролович:

Вот что известно об этом из воспоминаний современников: «В 1927 году в Москве была открыта первая Всемирная выставка межпланетных аппаратов и механизмов, приуроченная к десятилетию Великого Октября и 70-летию со дня рождения К.Э Циолковского». «В числе экспонатов Выставки [...] был один, физически неосязаемый. Это «АО» — искусственный космический язык, которому отводилась роль всеобщего языка той части вселенной, куда проникнут ракетные корабли землян»^^*. Та же информация содержится в воспоминаниях одного из инициаторов выставки М.И.Попова: «В 1927 году в Москве, на Тверской улице [...] была организована выставка, посвященная международным перелетам. Там же пропагандировался АО — «космический» язык [...]. Но до тех пор, пока нога человека не ступит на почву других планет, этот язык рекомендовался для использования на земле в качестве языка Всечеловечества». Из истории создания выставки известно то, что ее организация — заслуга членов Ассоциации изобретатели — изобретателям (АИИЗ), иначе называемой Ассоциация изобретателей инвентистов. «В клубе Ассоциации изобретателей инвентистов (АИИЗ) в 1926 году была организована секция межпланетных сообщений, инициаторами которой являлись последователи и почитатели К.Э.Циолковского».  Доподлинно известно, что среди организаторов выставки самого В.Л.Гордина не было, поэтому АО пропагандировали приверженцы его идей, которые входили в АИИЗ. Непосредственную связь Гордина с АИИЗ позволяет установить хотя бы тот факт, что гординская «Всеизобретальня» и АИИЗ располагались по одному и тому же адресу: Тверская, 68.

Далее мы публикуем письмо Сержанова и других АОистов в ЦК РКП с требованием освобождения Вольфа Гордина. После — главу из книги "Утопия в России" Леонида Геллера и Нике Мишеля под названием "Крестьянские и анархистские контрутопии". После — главу из книги "Повседневная жизнь Москвы в сталинскую эпоху. 1920–1930-е годы" под названием "Изобретатели и фантазёры — «Человекоизобретальня» анархиста Гордина (Вольф Гордин)". Далее — краткий отрывок из статьи Геллера "Мысль нового человека: от чтения к подчинению". И, наконец, отрывок из воспоминаний Мазурина "Рассказ и раздумья об истории одной толстовской коммуны "Жизнь и труд"" об "АОистах", участвовавших в создании этой толстовской коммуны, организованной в 1921 году в Подмосковье. А в заключение — отрывок из статьи Кнорринга "Еврейские педагоги первой четверти ХХ в. и Белоруссия". Также снизу к публикации прикреплена книга Вольфа Гордина (под псевдонимом "Братья Гордины") "Грамматика Логического Языка АО".

Письмо в ЦК с требованием об освобождении Вольфа Гордина

Вот уже несколько раз, в течение года, ЧЕЛОВЕЧЕСТВО ВСЕИЗОБРЕТАТЕЛЕЙ ВНЕГОСУДАРСТВЕННИКОВ обращалось к соответствующим совгосорганам о предоставлении права выезда за границу Изобретателю БЭОБИ (В.Гордон) для распространения языка АО и идей ВСЕИЗОБРЕТАТЕЛЬСТВА, и всякий раз получался отрицательный ответ без всякой на то мотивировки. В данный момент, когда Вы протестуете против насилий империализма над китайцами, изобретатель БЭОБИ, и еще один член Ч.В.В. ИБЦАБИ, арестованы Г.П.У. за объявление ими смертной голодовки, как протеста против насилий, чинимых соввластью над идеями ВСЕИЗОБРЕТАТЕЛЬСТВА. ЧЕЛОВЕЧЕСТВО ВСЕИЗОБРЕТАТЕЛЕИ ВНЕГОСУДАРСТВЕННИКОВ обращается в Политбюро ЦК РКП о немедленном освобождении сих членов и предоставлении выезда за границу Изобретателю БЭОБИ, если он еще не умер.

Члены Всеизобреталъни:

Wx+5W (Биаэльби)

+3^41Г(Эдифби)

Мишель Нике, Леонид Геллер. Утопия в России
Крестьянские и анархистские контрутопии

Революционная коммунистическая утопия вызвала появление контрутопий, контрмоделей. Первая из них — крестьянская. "Крестьянские" поэты (см. конец главы "Народный утопизм XVII-XX веков") воспевают революцию как воскресение, преображение, обещание крестьянского рая справедливости и всеобщего братства. Вместе с пролетарским поэтом М. Герасимовым Есенин и Клычков создают один из первых сценариев советского кино Зовущие зори (1918) — гедонистическую картину будущего с фабриками без дыма. Пролетарские и крестьянские поэты обращаются к одним и тем же ценностям (братство, радость, труд) и образам будущего (сад, весна, заря, солнце). Космическая борьба между силами мрака и света наполняет революционные "библейские" стихи Есенина и поэзию пролетарских поэтов-космистов (которые после разочарования в НЭПе вернутся к лирике). Однако "строитель мостов к невидимому миру" не видит вокруг того социализма, о котором он мечтал (письмо Есенина к Е. Лившицу, август 1920). Крестьянский утопизм питает прозу и поэзию Клюева и Клычкова, но настоящая крестьянская контрутопия создается не ими, а экономистом и литератором А. Чаяновым (1888 — 1937, расстрелян). Под псевдонимом Ивана Кремнева он предлагает в 1920 году в своем Путешествии брата Алексея в страну крестьянской утопии другой путь развития России, отличный от этатистского принудительного большевизма. "Путешествие" начинается в 1921 году, с опережением на год, что позволяет автору показать триумф коллективистских (в частности, антисемейных) принципов коммунизма. Герой, занимающий высокий пост в Мировом совете по экономике, падает в обморок и приходит в себя в 1984 году в малолюдной Москве, сохранившей все свое культурное достояние и превращенной в город-сад со ста тысячами жителей. Очаровательная москвичка, в которую герой, естественно, влюбляется, служит ему проводником. "Репортажные" главы, дающие представление о нравах и обычаях утопийцев, об их культурных и кулинарных вкусах ("ретро"), чередуются с главами ("юные читательницы могут их пропустить"), посвященными истории страны с 1921 по 1984 годы и существующей системе. Крестьянство пришло к власти в 1934 году. Города с населением больше чем двадцать тысяч жителей были разрушены. Установлен плюралистский, децентрализованный политико-экономический режим, который можно определить, как неонароднический: индивидуальное крестьянское хозяйство связано с кооперативными предприятиями и развивается на основе системы, которая поощряет личную инициативу; государству отведена регулирующая роль.

Вторая контрмодель — анархистская. Она также возрождает старые мифы: идеальное казачье сообщество, воспетое Гоголем в "Тарасе Бульбе", воплощается в республике Гуляй-Поле, которая была основана свободнической армией Махно, в то время как анархистские общины практикуют свободную жизнь без власти (ср. Голый год Пильняка, 1921). Литературная и художественная жизнь анархистов изучена мало. Тем не менее пресса и издательства анархистов опубликовали множество сочинений, анализ которых – дело будущего. Анархисты организовывали митинги, ставили спектакли. В их московском журнале Анархия сотрудничали художники-авангардисты Татлин, Малевич, Родченко.

Самые плодовитые авторы-анархисты — братья А. и В. Гордины, лидеры фракции петроградских анархистов-коммунистов, основатели сперва экстремистского "пананархизма", затем умеренного по отношению к большевикам "универсализма". В 1917 — 1920 годах Гордины опубликовали множество теоретических текстов, а также сказок, стихотворений, рассказов, которые нередко принимали форму утопии, как серия "дрампобед" или "триумфедий". Самый весомый труд Гординых — "поэма-утопия" Анархия в мечте. Страна-Анархия (1919). Ее герои — "пятеро угнетенных": "Я" (индивидуум), Рабочий, Женщина, Нация и Юность. Они странствуют по миру в поисках страны свободы. Их поиски заканчиваются в Стране-Анархии, расположившейся на пяти горах (Равенство, Братство, Любовь, Свобода, Творчество), которым соответствуют пять морей (коммунизм, космизм, "гинизм", анархизм и аморфизм), пять солнц и т. д. Согласно канонической схеме, проводник открывает им смысл каждого символа, просвещает каждого "угнетенного", показывает им центральную часть страны — Пантехнический Сад. Анархо-утопическая жизнь основывается прежде всего на отказе от рационалистического научного сознания мира. "Мы допотопные люди, — говорит гид, — мы верим в чудеса и творим чудеса" [Гордины 1919, 35, 82]. В сущности, это сказочный мир: летают дома и лошади, жители могут воздействовать на предметы на расстоянии, создают новые звуки и цвета. Принцип свободного творчества, который усваивается в "социо-техникуме", позволяет преодолеть мир форм. Самое удивительное в этой феерии, кроме ее цветистого аллегорического стиля, заявленного уже в заглавии, — родство с мечтами Хлебникова и супрематистскими идеями Малевича. Это впечатление усиливается при чтении фантастического трактата-утопии, сочиненного В. Гординым, писавшим под псевдонимом "Беоби" (напоминающем о знаменитом стихотворении Хлебникова). Он датирует свое произведение "вторым годом после сотворения человечества". Поссорившись по идеологическим причинам со своим братом, В. Гордин описывает языком, полным неологизмов (перевод с "языка АО"), "план Человечества АО", основанный на принципе изобретательности, отвергающем все государственные и социальные институты (а также — свободную любовь) во имя "диктатуры Ума".

Историка русской литературы могла бы заинтересовать связь идей Гордина с продолжателями хлебниковской и "заумной" линии в поэзии: А. Туфановым, А. Чичериным, Д. Хармсом. А также — родство с поэзией Маяковского, Н. Заболоцкого и забытого ныне биокосмиста-имморталиста А. Ярославского (1896-1929), который переложил федоровские проекты в псевдофутуристские стихи: "Мы умираем только потому, что кто-то сказал нам, что нужно умирать <...>. Вы можете избавиться от привычки к смерти — и с завтрашнего дня вступить в бессмертие!" [Ярославский, 47].

Рядом с этими неугомонными поэтами проза А. Карелина (1863-1926), известного анархо-коммуниста, считавшегося преемником Кропоткина, автора многочисленных теоретических статей, кажется совсем скромной. Заметим, что в 1919-1921 годах он редактировал в Москве журнал Вольная жизнь, противопоставлявший свою "анархистскую культуру" коммунистической. Журнал Карелина, лишенный государственного финансирования, выглядел Золушкой рядом с роскошным "Пламенем". Структура "Вольной жизни" мало чем отличается от журнала Луначарского: поэзия (менее разнообразная), популярные статьи, художественные обзоры, истории утопистов, настаивающие, к примеру, на анархистских наклонностях Оуэна или Фурье. Христос-социалист Луначарского становится анархистом у Карелина, и т. д. На подобных сравнениях удобно было бы показать фундаментальное единство любых проявлений утопизма. Россия в 1930 году Карелина — классическая утопия, несмотря на довольно сложную композицию: герой слушает рассказ своего друга, которому снится будущее, однако это не рассказ, а пересказ статьи из журнала, в которой два английских путешественника рассказывают о своем посещении страны анархистов. Учетверенная нарративная инстанция не добавляет глубины повествованию. Англичане переезжают из одной деревни-коммуны в другую и беседуют с их обитателями. Эти беседы ведутся вокруг того, о чем Кропоткин и сам Карелин говорят в своих теоретических работах: натуральный обмен, свободное распределение труда, жизнь в коммунах, основанная на солидарности, союз города и деревни без насильной урбанизации. Переход к анархо-коммунистической системе совершается без принуждения. Более того, никакие законы, кроме этических, не регулируют жизнь коммун. Только убеждение и нравственный авторитет могут влиять на решение каждой личности. Ненасилие (как в толстовских общинах) — главная черта этой утопии, выделяющая ее из общего фона революционной эпохи.

Наконец, из рассказа "неонигилиста" А. Андреева Утопия в красном доме (1922), включенного в сборник его теоретических и полемических текстов, мы узнаем то, о чем Гордин и Карелин даже не упоминают: географию будущего мира (XXI века): Соединенные Штаты Китая, включающие Японию, объединенная Европа (действие происходит в Париже) и Великая Федерация Славян, в которую входит и Россия, поглотившая в 1940 году Турцию и Персию. Картина вполне в традиции русской утопии.

Анархисты недолго тешились надеждами: с 1918 года ЧК начинает их преследование в Москве, в 1921 году разгромлено махновское движение, а после Кронштадтского мятежа (1921), ускорившего введение НЭП'а, анархисты подвергаются жестоким гонениям. В 1926 году (год смерти Карелина) анархизма как политической силы и массового движения в России уже не будет.

Георгий Андреевский. Повседневная жизнь Москвы в сталинскую эпоху. 1920–1930-е годы
Глава 6 — Изобретатели и фантазеры — «Человекоизобретальня» анархиста Гордина (Вольф Гордин)

Изобретать невероятное для русского человека всегда приятнее, чем обыденное. Может быть, отчасти и поэтому русские оказались в космосе раньше других, а шведы изобрели примус. Прожектами политическими наша страна тоже не обделена. В Москве, на Тверской, напротив кинотеатра «Арс» (теперь там драматический театр имени Станиславского) в начале двадцатых существовал клуб анархистов. Потом клуб закрыли и его завсегдатаи переместились в столовую неподалеку, также на Тверской. В ней кормили со скидкой только изобретателей. К изобретателям были приравнены писатели и сочинители политических манифестов. Скидка на питание, таким образом, стимулировала политическое творчество. При входе в столовую красовалась вывеска: «Изобретатели всех стран — изобретайтесь!», а еще через несколько метров другие: «Организуемые всего мира — организуйтесь!», «Отсталый труд есть кража. Анархия есть автоорганизация», «Эстетика я-ям, меня-ям, себя-ям» и плакат: «Столовая анархо-универсалистов (индивидуалистов). Есть пиво». В столовой на столах книжонки: В. Л. Гордин «План человечества», «Аксиомика языка АО», «Выведение из всех тупиков-разрух, или Путь к бессмертию». Откроем одну из них. На титульном листе читаем: «Перевод с языка Человечества АО и Скороизобретален. Издание Всеизобретальни. Напечатано во внегосударственной Аотипографии. Аоград Москва, Аоулица (Тверская), 68, Аопереулок (Благовещенский), 5. 2-й год по изобретении Человечества». Автор  книжки, В. Л. Гордин, анархист, не чуждый литературного творчества. «Мой труд именем “Социофилософия”, — пишет он в предисловии, — пал жертвой моих “грехов молодости”, пропал в М. Ч. К. во время моего ареста по поводу бомбы в Леонтьевском переулке». В 1919 году анархисты взорвали там дом 18, при этом погибло несколько видных большевиков. Наверное, пребывание в ЧК отбило у Гордина любовь к анархизму, и он, отказавшись от своих идейных отцов — Прудона, Бакунина и Кропоткина, — придумал «всеизобретательство», теорию весьма невразумительную, вместившую в себя анархизм, коммунизм, толстовство и просто бред сивой кобылы. «Человеко-изобретальня, — писал Гордин, — это искусственное общество, в котором нет тюрем, преступников, милиционеров, воров, проституток, развратников, пьяниц, курильщиков и прочей нечистоты, это культурное единение людей, отвергающих религию, науку и искусство, не разделяющееся на народы, национальности, языки, классы...» Как прийти к этому всему, Гордин особенно не размышляет. Неоднократно он декларирует исключительно мирный путь. Только в конце книжки он бросает такую фразу: «За периодом бескровных боев автоматов (танков или аэропланов) между собой без присутствия человека наступит второй период полной защиты». Понимай, как знаешь.

Труд Гордина представляет скорее литературный и исторический интерес, чем политический. В нем содержатся хлесткие характеристики многих общественных и политических установлений, существующих в человеческом обществе. Вот, например, что он пишет о патриотизме: «Патриотизм —убийца, мясник народов, преступник, поджигатель мировых пожаров крови». И далее: «Если отечество есть грабеж и разбой, то национальность, народ —это крупная шайка грабителей и разбойников. Национальный язык есть воровской язык, язык шайки, нужный и применяемый для утаения своих воровских и грабительских замыслов от всего Общества, от Человечества. Национальность есть объединение полулюдей для борьбы с Человечеством —это очаг разнузданного эгоизма и шовинизма» и тут же: «Человечество против всякого интернационализма». Не поздоровилось в книге Гордина и семье. О ней сказано  следующее: «Семья — очаг грубого эгоизма, семья безнравственна. Семья — есть клоака, публичный дом, место постоянного, самого разнузданного разврата, узаконенного за добродетель… Семья есть воровское гнездо, куда семья стаскивает — утаскивает все от общества. Семья есть разбойничий вертеп, там убивается, сокращается человеческая жизнь, развращается, убивается женщина многодеторождением». Досталось городу и деревне. «Город — очаг вырождения, неврастении, умопомешательства, угашения жизни, болезней, словом, преддверие к могиле. Деревня —это логовище животного в образе человека». Не забыл Гордин и о демократии. «Демократизм — хаос, анархия… Парламент — это говорильня, своего рода публичный дом, где люди торгуют мифом своей давно умершей или мертворожденной совести». Наконец, Гордину принадлежит определение человека как «онанирующего животного». Возможно, он хотел этим подчеркнуть жалкую способность человеческого разума достигать естественного наслаждения своим доморощенным способом.

Отрывок из статьи Геллера "Мысль нового человека: от чтения к подчинению"

Преображением и организма, и мышления человека занимались анархисты. Вольф Гордин изобрел новый язык АО и построил План Нового Человечества, Всеизобретальни АО, которой было предназначено «регулировать звездные и солнечные системы <…> изобретать новые, лучшие». «Ассоциация изобретателей инвентистов», собравшаяся вокруг Гордина, обратилась к Циолковскому с просьбой о поддержке для языка АО, придав ему функцию средства общения не только всепланетарного, но и космического. Этот язык станет легендой в среде анархистов – еще в 1930 году во Франции о нем вполне точно рассказывает Виктор Серж, а бывшими членами пананархистской и толстовской коммуны он будет сохраняться вплоть до 1970-х годов. (сомнительное утверждение насчет 70-х, скорее всего, сказано для "красного словца" — прим. публ.)

Отрывок из статьи Мазурина Б. В. Рассказ и раздумья об истории одной толстовской коммуны "Жизнь и труд"

«Назвали наш коллектив «Жизнь и труд» — так предложил Ефим Моисеевич Сержанов, первый застрельщик всего этого дела. Это был человек необыкновенно энергичный и трудоспособный. Проработав целый день, он мог лечь, не раздеваясь, где-нибудь на дрова за печку и, поспав часа 2—3, вставал и опять брался за какое-нибудь дело.

Его товарищ и единомышленник Швильпе, Шильпа, как мы называли его упрощенно, как и Ефим Моисеевич, был душою дела. Оба они были из анархистов, образовавших свою группу «ао», о чем я скажу еще после. Шильпа любил огородничество и любил возиться с механизмами. Он шнырял по соседним разрушенным хозяйствам, собирал поломанные машины и из них собрал косилку, жнейкусамо-строску, ручную молотилку, сеялку, все это сильно помогало нам в труде. Оба они были вегетарианцами, и с первых дней было решено, что общее питание будет вегетарианское.»

«Здесь хочу немного сказать об «Аоистах» — Сержанове и Швильпе, поскольку они были первыми зачинателями этого дела. Вначале они были анархистами, потом отделились в свое особое течение.

Сержанов как-то раз сказал мне: «Мы, собственно говоря, не анархисты, а экстархисты — т. е. внегосударственники». Зная мой толстовский уклон, они говорили:

«Вот вы, толстовцы, стремитесь к естественному, а мы, наоборот, считаем естественное — диким, хаосом. Мы считаем, что всё, всё в области человеческой жизни без исключения надо совершенствовать, изобретать. Надо изобретать так, чтобы все было разумно, целесообразно. Например, язык, на котором сейчас говорят люди, это же такой бессмысленный хаос. Надо, чтобы каждое слово имело связь с родственными словами и понятиями. Ну, например — нос. Почему нос? откуда это? — все должно бы быть так: запах, пахнуть, тогда логически надо бы говорить — нюхалка, а не нос», и т. д. Это, конечно, я взял грубый пример, но они изобрели свой язык «ао». Они говорили меж собой на нем. Дали себе имена, которые имели свой смысл. Сержанов был Биаэльби, что-то вроде изобретатель жизни, а Швильпе — Биаби, тоже что-то вроде этого. Называли они себя по-русски — всеизобретатели. Они мечтали создавать искусственные солнца, устроить межпланетные сообщения. Они хотели сделать жизнь человека вечной. У них был на Тверской улице свой клуб и при нем был так называемый «социотехникум», где они проводили разные эксперименты над собой. Они говорили: это же глупо, что человек треть своей жизни, такого драгоценного времени, проводит во сне, и упражнялись в том, чтобы спать как можно меньше. Они говорили: человек много ест, пища эта сгорает в человеке, и человек от этого быстро изнашивается, надо изобрести такое концентрированное питание, в виде пилюль — «пиктонов», проглотив которые, человек получил бы все нужное для жизни своего организма, но чтобы в то же время это питание было безвыделительное и человек не сгорал бы, а сохранялся долговечно. Они делали эти опыты, и один наш будущий коммунар, Миша Роговин, чуть не отдал Богу душу от этих опытов. Они говорили: природа несправедлива — одного сделала красивым, другого некрасивым, это надо исправить, надо всем носить маски. Елку они считали наиболее совершенным деревом по всему ее строению. Толстого считали великим изобретателем в области морали.

Они были вегетарианцами, антимилитаристами и не шли на военную службу, очень любили всякую технику и изобретения. Но каковы бы ни были их убеждения, но в жизни, коллективной, трудовой жизни, это были незаменимые люди — трудолюбивые, сметливые, общественные и всегда веселые.

Табаку, водки, ругани, разврата они не допускали, что при их вегетарианстве и антимилитаризме и отрицании государства создавало почву для близости с нами, толстовцами, в практической жизни.

Сельское хозяйство они любили, но оно поглощало все время и все силы без остатка, а им хотелось работать в своем направлении, и, кажется, в конце 23 года они выбыли из коммуны.»

Судьба Вольфа Гордина, постклассический анархизм и «аоисты»В.В. Кнорринг. Еврейские педагоги первой четверти ХХ в. и Белоруссия

Далее речь пойдет о братьях Гординых, которые в 1908 г. открыли в Сморгони необычную школу с преподаванием на иврите. Начало литературной и, шире, общественной деятельности основателей оказалось связано именно с этой школой.

Старший из братьев – Аба Гордин (1887–1964), был значимой фигурой международного анархистского движения, писателем и публицистом, мыслителем и философом. Ему посвящены мемуары и обстоятельные исследования. Биографические же сведения о младшем брате – Зееве-Вульфе (Владимире), также анархисте, крайне скудны. Но вплоть до начала 1920-х гг. братья Гордины писали и публиковали свои сочинения только в соавторстве. В молодости они вместе основали издательство «Новая педагогика», начали разрабатывать оригинальную теорию «свободного преподавания» и, наконец, попытались воплотить ее в жизнь, открыв школу в своей родной Сморгони.

Израильский писатель Аба Ахимеир, который знал братьев Гординых с юности, вспоминал, что их педагогические взгляды находились под прямым влиянием учения «Мусар»ix. Напомним, что отличительной чертой этого учения является обостренное нравственное чувство, а в центре внимания находится человеческая личность. Приверженцем этого учения был и отец семейства Гординых – Иегуда-Лейб, известный раввин. Ортодокс, но отнюдь не фанатик, а скорее – интеллектуал, состоявший в переписке с самим Львом Толстым. Рискнем предположить, что именно личность отца, а не этическое учение, сказалось на мировоззрении, теориях и стиле работ братьев Гординых (на русском, иврите и на идише). Все они написаны ярко и эмоционально, текст перенасыщен ссылками на различных писателей, латинскими цитатами, псевдоматематическими формулами и философскими рассуждениями. Таковы «Подражательно-понимательный метод для обучения грамоте» и «Педагогика молодежи, или репродуктина», изданные на русском языке. Тематика книг на иврите разнообразна: это и театр для детского сада, и детская литература, и проблемы национального воспитания. И только в трех книгах на идише более или менее последовательно излагается суть гординской педагогической теории.

Нельзя не отметить, что выводы из столь увлекательно изложенного материала несколько слабоваты. Стиль публикаций выдает как творческий потенциал, так и неопытность авторов, однако очевидно, что они подают большие надежды. Так и случилось: братья Гордины стали яркими теоретиками анархизма, и следующие их произведения в основном оказались посвящены «борьбе с Государством, Капиталом, Колониализмом, Школой и Семьей». Но это уже совсем другая история.

Что же касается сморгонской школы братьев Гординых, то ее окружают загадки: в источниках есть сведения, что братья Гордины открыли «хедер метукан», т.е., всего-навсего образцовый хедер. Напротив, есть и утверждения, что это была гимназия под названием «Иврия». Но статус гимназии в дореволюционной России был достаточно высоким, и открыть ее частным лицам было непросто. Как бы то ни было, меньше чем за год школа братьев Гординых обрела нескольких сторонников и куда более многочисленных противников (саркастически именовавших ее «хедер месукан», т.е., опасный). И уже в 1909 г. она была закрыта властями.

 

?

Комментарии (0)

RSS свернуть / развернуть

Оставить комментарий